30 Июля 2020, Четверг

Адвокаты “Правовой инициативы” отправили в ЕСПЧ документ, в котором Елизавета Алиева просит Европейский Суд признать насильственным исчезновение своей сестры Марем Алиевой. Она ссылается на определение, закреплённое в Международной Конвенции о защите всех лиц от насильственных исчезновений.

Дело об исчезновении Марем Алиевой станет первым российским делом о домашнем насилии, которое будет рассмотрено Европейским Судом по статье 2 Конвенции (право на жизнь). 

История Марем демонстрирует, как бездействие правоохранительных органов и непривлечение к ответственности за многолетнее физическое и психологическое насилие мужа Марем - Мухарбека Евлоева - привели к ее убийству. Марем Алиева исчезла 19 сентября 2015 г. при угрожающих жизни обстоятельствах, и почти 5 лет от нее нет никаких известий.

Исчезновение Марем произошло с согласия государства, которое знало о фактах домашнего насилия в семье Марем, однако не предотвратило их и не привлекло Мухарбека Евлоева к ответственности, а в день исчезновения не предприняло попыток найти Марем и найти доказательства применения насилия  в отношении Марем. 

Эффективное расследование также не было проведено, все жалобы заявителей на это были отклонены. В результате предварительное следствие было приостановлено в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве подозреваемого. 

“Европейский Суд также задал сторонам вопрос о том, признали ли российские власти серьезность и масштаб проблемы домашнего насилия и его дискриминационный эффект на женщин. Правительство отметило, что экспертные данные о насилии в отношении членов семьи в России не превышают аналогичные показатели других стран. Нельзя не отметить, что невозможно определить истинный масштаб проблемы, если в России нет отдельной нормы или квалифицирующего признака, запрещающего домашнее насилие. Сейчас мы не можем понять, сколько из всех насильственных преступлений и административных правонарушений совершается в семейно-бытовой сфере; не отражены взаимоотношения между нарушителем и пострадавшим. Соответственно, нельзя говорить о какой-либо официальной статистике домашнего насилия. К сожалению, пока есть только отдельные цифры, которые иногда публикуются МВД или озвучиваются официальными лицами. Методику их подсчета мы не знаем, зачастую они публикуются без какого-либо анализа, что по сути не дает никакой достоверной информации. Заявители в своем ответе на меморандум Правительства также отметили, что в силу отсутствия эффективных способов правовой защиты пострадавших от домашнего насилия, общей пассивности правоохранительных органов, а также сегодняшняя государственная политика и отсутствие политической воли для принятия закона о домашнем насилии, соответствующего международным стандартам, создают в России климат, который потворствует домашнему насилию и является отказом в правосудии для пострадавших,” - комментирует юрист проекта “Правовая инициатива” Ольга Киселева.

Адвокаты указывают, что власти РФ знали о существующем риске здоровью и жизни Марем, однако не предотвратили его. Между тем Правительство указало, что не видит связи между жестоким обращением с Марем Алиевой и ее исчезновением. 

В день исчезновения Елизавета сообщила в полицию, что Марем звонила ей и плакала, говорила, что Евлоев вместе со своими родственниками хотят поквитаться с ней за ее побег и последнее заявление в полицию и сейчас будут ее наказывать. После этого она перестала отвечать на звонки. Самой Елизавете дети Марем сказали, что утром слышали крики матери и видели на полу ее окровавленные волосы. Однако полиция, приехав в дом к Евлоеву, опросила только его: он сказал, что Марем сама ушла из дома. Поиски Марем не были объявлены в то время, когда она еще могла быть жива. Протокол осмотра места происшествия в день исчезновения в материалах дела отсутствует, фотографии, согласно рапорту полицейского, удалились при загрузке на служебный компьютер. Соответственно, российские власти нарушили позитивные обязательства по статьям 2 и 3 Конвенции.

Адвокаты Проекта “Правовая инициатива” указывают, что Правительство, повторяя свои аргументы из меморандума по делу "Туникова и другие против России", по-прежнему считает существующее законодательство эффективным и способным защитить пострадавших от домашнего насилия. Правительство продолжает подчеркивать успешность декриминализации побоев в 2017 г., мотивируя это неотвратимостью наказания и снижением латентности. Однако в российском законодательстве до сих пор нет определения домашнего насилия, такие формы домашнего насилия, как психологическое, экономическое насилие, харассмент, сталкинг, не запрещены российским законодательством. Все составы преступлений, преследование по двум из которых осуществляется в порядке частного обвинения (ст. 115, 116.1 УК), а также ст. 6.1.1 КоАП не учитывают специфики домашнего насилия, когда обеспечение безопасности пострадавшего и наказание нарушителя должны быть на первом месте. В России не предусмотрена возможность выдачи охранных ордеров, которые предписывают абьюзеру временно покинуть место жительства и запрещают приближаться к пострадавшему. Возможно, это могло бы спасти Марем Алиеву от смерти. Вместо этого, в случае Марем Алиевой не были эффективно реализованы даже предусмотренные современным российским законодательством меры: все ее письменные заявления остались без внимания правоохранительных органов. Об одном отказе в возбуждении уголовного дела Марем даже не была уведомлена, другой отказ был вынесен только после повторного обращения ее сестры уже после исчезновения Марем. Все письменные заявления Марем успела подать во время своего побега из дома, обратиться в правоохранительные органы, находясь дома с Евлоевым, она не могла.  


<<< Все новости